Эмоциональный шантаж («Если ты меня любишь...»)

Тушканчик конвертирует любовь в торги: «а если ты любишь — отдай свой кусок!», «не смей убегать!», «дайте огня!». Корень держит симпатию к нему: «пугливый тушканчик боялся всегда, что ласка семьи утечёт, как вода» — шантаж как попытка гарантировать неудержимое. Но всё, к чему приложено условие, остывает в металл на глазах: живой колосок «моментально остыл», игра сестры падает монетой, тепло у груди — «мелочь посыпалась вниз». Вытребованное доказательство перестаёт быть любовью в момент выдачи. Семья «безропотно платят налог и молча уходят»; он получил всё — «сидит посреди серебра, в котором ни капли не видно добра, просит любви, утопая в деньгах». А мама рядом, наклоняется, протягивая тепло — «звенящий металл отвечает, блеснув».